При этом за февраль сумма госдолга Казахстана, выпущенного в виде ГЦБ, по расчетам аналитиков агентства «Ирбис», увеличилась еще на 8,2%, до 2 трлн 465,5 млрд тенге, а в инвалютном эквиваленте – на 8,8%, до $16 млрд 735,6 млн.

Для сравнения: поступления уточненного республиканского бюджета на текущий год составят 3 трлн 378,4 млрд тенге, его расходы – 4 трлн 182,0 млрд тенге. Так что если «бумажный» госдолг будет расти нынешними темпами, то уже летом его размер сравняется с доходной частью бюджета, а к концу года – с расходной.

Это в свою очередь ухудшит макроэкономическую статистику Казахстана, чего руководство страны, конечно же, допустить не может. Поэтому сам собой напрашивается какой-нибудь очередной монетарный трюк от властей, в результате которого «стерилизованная» избыточная ликвидность двинется в обратном направлении, то есть в банковский сектор. Для этого, по идее, нужен новый финансовый кризис либо одновременный вывод из банков большого объема средств.

В феврале Нацбанк, который агрессивно наращивает сейчас приходящуюся на него часть госдолга, выпущенного в ГЦБ, увеличил выпуск своих нот по сравнению с январем в 1,6 раза, до 386,2 млрд тенге, тогда как объем погашения его обязательств вырос в 7,5 раза, до 244,8 млрд тенге. В итоге февральское сальдо нетто-заимствования Нацбанка на рынке ГЦБ уменьшилось на треть (точнее, на 31,9%), до 141,3 млрд тенге.

К началу марта доля Нацбанка в «бумажном» госдолге увеличилась с 30,1 до 33,6%, в абсолютном выражении – на 20,9%, до 828,8 млрд тенге.

Отличающийся большей стабильностью Минфин в минувшем месяце слегка увеличил объем своих новых долгов – на 7,1%, до 57,7 млрд тенге, в то время как выплаты по прежним обязательствам выросли в полтора раза, до 35,5 млрд тенге. Этот маневр привел к снижению сальдо нетто-заимствования Минфина на 27%, до 22,2 млрд тенге. Доля Минфина в марте понизилась – с 69,9 до 66,4%, но его часть при этом выросла на 2,7%, до 1 трлн 636,7 млрд тенге.