В пересчете на инвалюту этот показатель уменьшился на 2,1%, до $19 млрд 17,5 млн, а за май – июнь «бумажный» госдолг сократился в общей сложности на 102 млрд тенге, или $806,3 млн.

Для чего потребовалась эта поддержка банковскому сектору и куда вдруг делась его собственная избыточная ликвидность, остается только гадать.

Из данных биржевых аналитиков следует, что добавлял ликвидность вновь Нацбанк, сокративший объем выпуска своих нот в июне по сравнению с маем в 1,5 раза, до 174,6 млрд тенге, при одновременном снижении объема погашения его долговых обязательств в 1,4 раза, до 235,9 млрд тенге. В результате первый месяц лета Нацбанк закончил с отрицательным сальдо нетто-заимствования в минус 61,3 млрд тенге, то есть с точно таким же результатом, как и в мае.

Минфин же завершил июнь вновь с положительным сальдо нетто-заимствования – на этот раз 12,2 млрд тенге, что в 2,2 раза меньше майского показателя. Произошло это под влиянием значительного сокращения новых заимствований Минфина на рынке ГЦБ по сравнению с маем – в 1,8 раза, до 38,9 млрд тенге, при одновременном снижении выплат по прежним обязательствам в 1,7 раза, до 26,7 млрд тенге.

Общее же сальдо нетто-заимствования Нацбанка и Минфина на рынке ГЦБ составило в июне минус 49,1 млрд тенге против минус 34,9 млрд тенге в мае.

При этом часть Нацбанка в «бумажном» госдолге за минувший месяц сократилась на 5,7%, до 995,3 млрд тенге, а его доля в общей сумме уменьшилась с 37,1 до 35,5%.

У Минфина, напротив, произошел прирост на 1,1%, до 1 трлн 809,0 млрд тенге, при одновременном увеличении доли в итоговом результате с 62,9 до 64,5%.