Еще недавно Нацбанк обещал, что будет стремиться к обеспечению плавного, контролируемого изменения обменного курса тенге к иностранным валютам. Но, как известно, изменение изменению рознь. Последние годы благодаря притоку нефтедолларов и профициту госбюджета тенге укреплялся по отношению к доллару, а с начала позапрошлогоднего кризиса замер на отметке 119 — 120 за «зеленый». Теперь же тренд развернулся в другую сторону.

Доллар уже перешагнул отметку 121 тенге и будет вынужденно укрепляться дальше. Правительство и Нацбанк оказались перед трудным выбором. Заметное и продолжающееся обесценение рубля уже сделало нашу экономику неконкурентоспособной по сравнению с российской, а это значит не за горами экспансия потребительских товаров с севера, что окончательно добьет и без того хилую казахстанскую промышленность. А это в свою очередь приведет к потере рабочих мест и сокращению занятости, чем так сильно озабочен сегодня господин премьер.

Дорогой тенге в условиях кратного падения мировых цен на нефть и другие продукты традиционного казахстанского экспорта приведет к еще более резкому снижению прибыли крупных сырьевых корпораций и, соответственно, налоговых поступлений в бюджет. А в недалеком будущем заставит казахстанских сырьевых «баронов» конкурировать с российскими коллегами. Причем в условиях, когда у последних лучше тарифные условия плюс есть преимущество первородного доступа к транспортным артериям.

К чему все это? Да к тому, что тенге обречен. Плавное, контролируемое изменение обменного курса национальной валюты возможно только тогда, когда на валютном рынке существует определенное равновесие, а у Нацбанка и правительства достаточно сил и ресурсов, чтобы сглаживать скачки и поддерживать господствующий тренд. Проблема же заключается в том, что задача поддержания конкурентоспособности казахстанской экономики и наполнения госбюджета требуют обесценения тенге как минимум на четверть, чтобы восстановить обменный курс тенге к рублю до докризисных значений.

Однако если это сделать быстро, то начнется паника среди тех, кто имеет банковские вклады и накопления наличными в тенге. Они постараются защитить свои интересы, переводя активы в доллары, — соответственно, их спрос прибавится к текущему и, скорее всего, сорвет с катушек рынок валюты, как это случилось в России и Украине.

Если к этому добавится недоверие к банкам, например, в результате неосторожных заявлений того же председателя правления ФНБ «СамрукКазына» или неспособности отдельных финансовых институтов выполнять свои обязательства перед клиентами, то мы рискуем получить третью кризисную волну.

Но и медленное понижение курса тенге имеет свои принципиальные недостатки. Например, оно не способно защитить казахстанских товаропроизводителей и продукцию от конкурентов, которые вряд ли будут ждать, пока выровняются экономические условия. К тому же пока поступлений нефтедолларов в страну достаточно, чтобы курс национальной валюты держался.

В этих условиях правительство и Нацбанк уподобляются буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя стогами сена. Искусственно свалить тенге невозможно — госорганы и квазигосударственные институты не способны вести активную игру на понижение. Административно зафиксировать обменный курс и потом его корректировать не позволяет законодательная база. Устроить же небольшую панику, чтобы повысить спрос на свободно конвертируемую валюту и таким образом задать понижательный тренд, нельзя, так как это может оказаться той самой соломинкой, что сломает спину верблюду казахстанской экономики.

Трудно сказать, как Анвар Сайденов с Каримом Масимовым собираются плавно и под контролем «изменять» курс тенге. Пока все напоминает ситуацию в горах после обильного снегопада. Вроде все спокойно, но достаточно одного, даже незначительного и второстепенного воздействия, чтобы лавина пошла вниз, и вернуть ее в исходное состояние уже невозможно.

Понимают ли это в правительстве и главном банке страны? Несомненно. Есть ли у них умение и навыки, и, самое главное, политическая воля и решительность вести экономику в нужном, хотя и опасном направлении? Сильно сомневаемся. До последнего времени действующий кабинет тем и отличался, что много говорил, но мало делал. В смысле положительного для страны и экономики.