Формально депутат прав – под изображением, как две капли воды похожим на Нурсултана Абишевича, не имеется надписи «Первый президент Рес­публики Казахстан». Так что де-факто памятника Назарбаеву в Астане нет, и мажилисмен решил исправить это упущение.

– Во время выступления президента Турции Абдуллы Гюля мы с благодарностью восприняли его заявление о том, что за выдающиеся заслуги перед тюркским народом в центре Анкары будет установлен памятник президенту Казахстана Назарбаеву, – напомнил Сыздыков. – В связи с этим напрашивается такая мысль – это чисто моя гражданская позиция – а почему в столице Казахстана раньше не может появиться памятник нашему первому президенту?

По стопам Гюля

То, что Тито Уахапович в отличие от трех инициаторов законопроектов о лидере нации не стал прикрываться собранными с осени прошлого года мнениями избирателей, а честно признался – за державу перед турками обидно, уже делает ему честь.

Нурсултан Абишевич, правда, рвения может не оценить – он года два назад уже вроде как осаживал желающих его увековечить в бронзе при жизни, а в этом году запретил делать ему какие-либо подарки к 70 летию.

Но, с другой стороны, осадить Гюля, желающего установить памятник в Анкаре, Назарбаев не может. А что позволено Гюлю, то может быть позволено и депутатам парламента. Поэтому не исключено, что нижняя палата до ухода на каникулы внемлет горячему призыву коллеги «задаться этим вопросом и сделать несколько шагов для его решения, в конце-то концов».

А что? В одночасье разработает и примет законопроект о создании памятника в Астане раньше и круче турецкого. А потом все властные, партийные и бюджетные структуры начнут сбор на этот самый памятник. Хорошо хоть Церетели пока не предложили выписать из Москвы для его сооружения…

Лужков нам в помощь!

В отличие от депутата Сыздыкова мажилисмена Амангельды Момышева интересовали вопросы вполне земные, а вернее – водные. В переводе его запроса на имя премьер-министра по поводу перекрытия братским кыргызским народом воды для южных регионов переводчица дважды повторила риторическое забытое древнеславянско-эпическое словечко «доколе»: «… доколе мы будем сидеть и ждать с кыргызской стороны подачу воды» и «… доколе мы будем зависеть от них».

Переводчица не прониклась древнеславянским пафосом выступления депутата на казахском языке и поэтому досадно упустила троекратное повторение этого самого «доколе», в качестве которого, впрочем, вполне могло фигурировать основное требование мажилисмена.

– Хотя немало было выделено бюджетных средств, мы до сих пор зависим от нашего соседа, если мы этот вопрос не решим, будем продолжать просить у соседей воду, – заявил Момышев. – Чтобы раз и навсегда решить этот вопрос, мы должны построить свой объект, чтобы обеспечивать свои южные регионы водой.

По всей видимости, депутат предложил премьеру еще раз потратить бюджетные деньги и построить на юге большое водохранилище. Что мешает кыргызам перекрыть поступление воды в это водохранилище и большой ли в этом случае будет от него толк, осталось неясным.

Впрочем, на самый крайний случай есть еще самый большой российский друг Астаны – мэр Москвы Юрий Лужков с его идеей поворота сибирских рек в Центральную Азию: сибирских рек хватит, чтобы залить весь наш юг и еще Кыргызстан в отместку.

Запретом по абортам

Но больше всего журналистов на «пленарке» порадовал депутат Ирак Елекеев, выступивший за законодательный запрет абортов в Казахстане по двум причинам.

Во первых, президент ждет от соотечественников беби-бума, о чем он, по словам депутата, поведал на заседании Совбеза в среду, во вторых, испанские женщины вышли на манифестации этой весной, требуя отменить закон о разрешении абортов в Испании.

– Дети – наша радость, и поэтому детей должно быть много – хороших и разных, – заявил Елекеев. – И прежде всего именно мужчины должны откликнуться на президентский призыв, чтобы в нашей молодой республике во всех домах царили детский смех и счастливые лица родителей, бабушек и дедушек.

О том, должны ли казахстанские мужчины откликнуться на «рьяный» призыв испанских женщин, депутат скромно умолчал, предпочтя заклеймить позором коллег-депу­татов, предлагающих сажать детей в медвытрезвители и снизить порог уголовной ответственности с 16 до 14, а «иногда и до 12 лет» и так далее…

Клеймение позором растянулось минут на восемь вместо положенных регламентом пяти, после чего спикер нижней палаты Урал Мухамеджанов пообещал коллегам, что прибегнет к силовым методам сокращения депутатских выступлений:

– Я думаю, коллеги, вы меня заставите там (последовал жест рукой под потолок зала заседаний Мажилиса, где располагается аппаратная комната – авт.) автоматом микрофон через пять минут выключать.