Но можно ли воспрепятствовать кредитованию банками аффилированных структур? Не окажутся ли с принятием закона о лидере нации игроки рынка в еще более неравных условиях? С этими вопросами мы обратились к экономистам и участникам рынка.

Дайте банкам выбор!

Проблема, которая вытекает из финансирования банками их аффилированных бизнесов, состоит в том, что у нас инвестиционный банкинг объединен с депозитной базой физлиц, считает директор по исследованиям Zertteu DC Group Марат Каир­ленов.

В этой ситуации важно выстроить такую систему регулирования, которая бы привела к выделению проектов акционеров и аффилированных лиц в инвестиционные банки, которые не имеют права привлекать депозиты физических лиц. Конечно, это не совсем то решение, которое полностью понравится мажоритарным акционерам банков, но все лучше, чем кнут в виде запрета.

Несмотря на то что заместитель председателя правления Seven rivers capital Сергей Плисак за более консервативное регулирование финансового сектора, он также считает, что на практике «тяжело заставить банки отказаться от поддержки аффилированных бизнесов».

– Нужно очень внимательно отслеживать банковские операции. Если возникают подозрения, что идет финансирование аффилированных с банком компаний, то нужно внести изменения в нормативную базу по классификации подобных кредитов и автоматически присваивать им категорию ниже, чем по вновь выданным, – предложил он.

Именно экономическим путем, по его мнению, «можно стимулировать банки к тому, о чем говорит г-н Келимбетов». Но главное в том, что «для более серьезного контроля за банками должна быть политическая воля».

Непрофильные функции

В Казахстане понятие ФПГ сильно искажено, с сожалением отметил в разговоре наш собеседник в иностранном банке.

По его мнению, в республике нет традиций, как в Южной Корее или Японии, когда банки основываются вокруг успешного предприятия для того, чтобы обслуживать его финансовые потребности. По такому пути, пояснил он, идут ФПГ во всем мире.

– У нас открывается банк, и потом из его средств начинают финансироваться проекты акционеров, а не действующие предприятия. А это очень высокорискованный подход к бизнесу, – сделал акцент банкир.

Изменить ситуацию удастся только тогда, уверен он, когда АФН «перестанет быть политической организацией, коей он сейчас является, и займется исполнением своих сугубо надзорных функций». Но и в этом случае, добавил эксперт, неизвестно, сколько потребуется времени для изменения статус-кво.

Комментируя вопрос о влиянии на деятельность банков принятого закона о лидере нации, он отметил, что «неравенство игроков рынка может получить свое место».

– Все зависит от того, будет ли АФН выполнять свои прямые обязанности. Пока же там слишком много политики, – заключил банкир.

Не больше чем самообман

То, что предлагает Кайрат Нематович, не больше чем самообман, в свою очередь заявил уже казахстанский банкир, попросивший не называть его имени в газете. Как бы эту инициативу ни прописывали законодательно, «банки-то всегда найдут пути обхода таких норм».

– Их принятие всего лишь осложнит механизм структурирования сделки по финансированию. Просто делать это будут по-другому, а материнская структура средства для финансирования все равно вытащит. Логика такова: для чего иметь бизнес, параллельный банку, и при этом отказывать себе в использовании ресурсов банка для его поддержания? – задался он риторическим вопросом.

По мнению нашего респондента, «сейчас уже никто не злоупотребляет такими схемами».

– Практика, когда бизнес основательно связывают с банком, – стиль Казахстана 90 х годов. Сейчас все понимают, что прямая зависимость губительна, и стараются все-таки диверсифицироваться, – пояснил он. – Банковский бизнес подвержен большим рискам, и некоторых перепадов в настроении бизнеса достаточно для того, чтобы «убить» его.

Возвращаясь к инициативе главы «Самрук-Казыны» запретить банкам финансировать аффилированный бизнес, банкир дал свой прогноз, к каким последствиям это может привести:

– Пройдет 3-5 лет – и поднимется шум о том, что регуляторные и ограничивающие нормы законодательства создают непрозрачность в банковской и финансовой сферах. И опять будут писать законы по его либерализации. Замкнутый круг? Да, зато людям есть чем заняться, они должности занимают.

При этом банкир выразил сомнение, что в Казахстане будут создаваться «бессовестно неравные условия для банков», поскольку в стране присутствует «достаточное количество крупных иностранных банков, а их откровенное притеснение завтра создаст для Казахстана проблемы с Евросоюзом, с Россией, с США».

– Вот если бы у нас была закрытая банковская система, то этого можно было на самом деле опасаться, – заключил наш собеседник.

Игра не стоит свеч

Конечно, правительство и АФН при поддержке Нацбанка и «Самрук-Казыны» могут попытаться запретить банкам кредитование аффилированных бизнесов, но эффективность подобных мер будет минимальной, считает экономист, глава фонда «Гражданская активность» Муратбек Кетебаев.

– Хотя бы потому, что подобные запреты противоречат экономическим интересам тех, кто контролирует банки и формирует их кредитную политику, – объяснил он свою позицию.

Сегодня именно они, по мнению г-на Кетебаева, поскольку располагают свободными деньгами, являются тем ядром, вокруг которых и складываются экономические группы. Другое дело, что эти группы могут и не вырасти в финан­сово промышленные.

– Но в условиях всеобщей нехватки собственного капитала даже для обычного, нерасширяющегося, бизнеса именно банкиры являются основными вершителями судеб казахстанского бизнеса, творцами экономической политики, – заметил экономист.

К тому же способов обхода формального запрета можно найти, уверен он, множество. Например, банки могут осуществлять перекрестное кредитование заемщиков в рамках неофициальных договоренностей топ-менеджеров, а аффилированные бизнесы могут на бумаге превращаться в абсолютно независимые, особенно если они оперируют в форме акционерных обществ.

– Думаю, что руководство и АФН, и Нацбанка прекрасно понимают, что формальными запретами невозможно остановить жизнь, но они будут выполнять указание политического руководства, – предположил Муратбек Кетебаев. – К тому же появление еще одной контролируемой зоны в частных интересах клерков – оно усиливает их роль и значение и соответствующим образом отражается на их личном благосостоянии.

Запрет на кредитование аффилированных структур коснется, по мнению нашего собеседника, в первую очередь малых и средних банков, которые в силу ограниченности своих ресурсов как раз и концентрировались на выдаче займов родственным структурам.

– Теперь этому на какое-то время наступит конец. А после перерыва, который понадобится, чтобы привести балансы, кредитные договоры и прочую документацию в порядок, найти обходные пути, прежняя практика восстановится. И с этим ничего не поделаешь. Если наши чиновники и прочие власть имущие стараются порадеть родным, вплоть до того что делают их официальными миллиардерами и мультимиллионерами, почему это запрещают банкирам? Непонятно, – заметил г-н Кетебаев и неожиданно сказал в заключение: – Если вы назовете мне банки из первой шестерки, за исключением, конечно, тех, что теперь принадлежат крупным иностранным банковским группам, которые не имеют политической крыши в лице родственников и приближенных лидера нации или прямо не контролируются ими, я буду сильно удивлен.

Проблема – в системе

Логичность в словах главы госфонда есть, согласился с позицией Кайрата Келимбетова доктор экономических наук Магбат Спанов. Но на практике предложение главы фонда может превратиться в борьбу с ветряными мельницами.

– Невозможно вычислить аффилированный с банками бизнес, потому что экономика-то у нас олигархически-монополистическая. Для того чтобы реализовать это предложение, необходимо изменить экономическую и политическую системы в стране, – уверен Магбат Спанов.

Пытаясь проанализировать способы воплощения намерений Кайрата Келимбетова в жизнь, экономист задался вопросами.

– Кто будет заниматься выявлением этого аффилированного бизнеса? Финполиция? У нее своей работы по борьбе с коррупцией хватает и еще долго будет хватать, если исходить из нашей ментальности. «Самрук-Казына»? Им дай бог со своими проектами разобраться. АФН? Так у него и без того слишком много объектов контроля, и оно просто не успевает за всем следить, – перечислил экономист.

– Получается, нужно создавать еще одну контролирующе-репрессивную структуру? Но ни к чему хорошему это не приведет. Хотя если г-н Келимбетов станет премьером, то сможет реализовать свою систему.

Отвечая на вопрос об усилении неравенства на рынке после принятия закона о лидере нации, экономист напомнил, что «как банки и до принятия этих изменений работали в неравных условиях, так и после них будут работать так же, если только Келимбетов своими предложениями не поменяет систему».