Но прежде — цифры, которые красноречиво свидетельствуют об отношении к проблеме со стороны чиновников. На масштабную программу «Питьевые воды», рассчитанную на 2002 — 2010 годы, было предусмотрено 115,1 млрд тенге. По состоянию на октябрь 2008 года, 250 млн тенге уже квалифицированы как ущерб государству, то есть эти деньги были разворованы, потрачены впустую или не по назначению. Стоит ли удивляться, что в некоторых регионах с качеством воды дела обстоят неважно.

Чистота труб — залог здоровья

Как следует из заключения Таразской СЭС, подвергнутый испытаниям образец водопроводной воды соответствует нормам ГОСТа и СанПиНа по предельно допустимым показателям (ПДК). Согласно бактериологическому анализу в норме микробиологический показатель (общее микробное число — 84, общие колиформные бактерии отсутствуют).

Обнадеживает и химический анализ. Содержание аммиачного азота составило 0 мг/дм3, нитритов — 0,001 мг/дм3 (ПДК — 3,0), нитратов — 2,0 мг/дм3 (ПДК — 45), хлоридов — 14 мг/дм3 (ПДК — 350). При этом содержание железа и марганца также не превышает санитарных норм, не приходится говорить об излишней жесткости и уж тем более мутности воды.

- Потому что вода у нас в Таразе идет со скважин из подземных источников, — комментирует начальник отдела надзора коммунальной гигиены горСЭС Бауржан ЖИЛКИБЕКОВ. — А в других городах Казахстана, как правило, — из открытых водоемов с последующей фильтрацией на станциях биологической очистки. Тем не менее еженедельные пробы воды в нашем городе берутся на нескольких контрольных точках.

По мнению лаборантов, определить качество воды можно и на глаз — специфический привкус, мутность, неприятный запах или цвет уже свидетельствуют о том, что ее состав отличается от предельно допустимых значений. А здесь вода очень хорошая на вкус.

Как выяснилось, воду из-под крана в Таразе можно действительно пить без риска для здоровья — она проходит очистку технической солью еще на скважинах. Единственное, что все-таки смущает, так это водопроводные сети, которые не обновлялись местами по несколько десятков лет. Если бы не они, то воду вообще можно было бы не очищать. А так приходится добавлять техническую соль, в результате чего в чайниках горожан — толстый слой накипи...

- Накипь как раз таки образуется из солей на основе железа, марганца, других микроэлементов и примесей, содержащихся в воде и выпадающих при ее кипячении, — говорит эколог Эльвира НУРПЕИСОВА. — То есть чем выше жесткость воды, тем больший слой накипи образуется. Для человека накипь безвредна, но в больших количествах может ухудшать вкусовые качества воды, чая, кофе, приготовляемой пищи. С этой точки зрения водопроводные сети требуют немедленного обновления. Ведь в большинстве многоэтажных домов трубы менялись в 90 — 91 годах прошлого века! А в некоторых и вовсе не успели поменять — произошел развал Союза, экономический упадок, и людям было не до этого.

По мнению эколога, в государственной программе «Питьевые воды» замене водопроводных сетей практически не уделено никакого внимания, что является большим упущением.

- Основное внимание в ней уделено строительству новых водопроводных сетей в районах области, — считает Эльвира Нурпеисова. — Это, конечно, хорошо, но что делать со старыми трубами нынешних систем в Таразе, мало кто из чиновников задумывается, хотя «Горводоканал» трубит об этом давно. По правде говоря, о замене теплотрасс и изношенных линий электропередач мы говорим гораздо больше. Но ведь питьевая вода — вопрос нашего здоровья.

Не вода, а отрава

На своем пути к карагандинским потребителям от реки Иртыш через канал имени Сатпаева питьевая вода собирает паводки, в которых есть растворы удобрений и гербицидов, разливы нефти и ее производных, продукты жизнедеятельности различных организмов, промышленные сбросы заводов, аварийные канализационные сбросы. Таким образом, в составе воды оказываются вещества, вызывающие нарушения в работе практически всех систем организма человека.

Однако вода, дошедшая до потребителя, пригодна для использования в качестве питьевой, потому что между каналом и городской сетью находятся очистные сооружения. Хотя они в Караганде давно дышат на ладан, относительная очистка все же производится, и исследования воды на выходе из очистных сооружений показали ее соответствие существующим в Казахстане санитарным нормам.

Несмотря на это, директор института «Гражданпроект» Александр ЗОЛОТАРЕВ уверенно заявляет: «Этой водой мы просто травимся». Причина противоречия, по его мнению, в том, что «нет современного оборудования для контроля качества воды. Международные стандарты требуют определения качества по 44 показателям, а у нас проверяют на мутность и чистоту».

Данные Золотарева подтверждаются развернутым анализом качества воды, проведенным в 2002 году консалтинговой фирмой BWS (Австрия). Австрийцы обнаружили, что общая обстановка на канале не способствует обеспечению потребителей безопасной водой.

- Доступ к каналу фактически не охраняется, применяемая технология очистки воды (хлорирование, коагуляция, седиментация, фильтрация и дезинфекция) не дает удовлетворительного качества воды, не в состоянии улучшить многие параметры, например фенол, остаточный алюминий и индекс устойчивости, — пишут в своем отчете специалисты. — Используемая поверхностная вода характеризуется умеренным содержанием водной флоры, повышенным альфа-излучением, повышенным содержанием органических веществ. Такие ингредиенты, как компоненты хлора, побочные хлорорганические соединения, патогенные и сапрофитные микроорганизмы (протозол и др.), невозможно измерить из-за отсутствия современного лабораторного оборудования. Возможной проблемой является опасность вторичного заражения трубопроводов.

Проще говоря, пройдя путь от очистных сооружений до водопроводного крана, вода собирает в изношенных водопроводных трубах все, что там накопилось за время бессменной эксплуатации. Коррозия и разные отложения насыщают воду совсем ненужными, а порой и вредными для человека элементами. Кроме того, из-за коррозии трубы гниют, а через дыры может легко попасть грязь. Как следствие, возможно повторное появление в воде разных примесей, в том числе и слизи, образующейся на стенках труб. Слизь является активной средой для размножения стойких бактерий и вирусов.

Чтобы обезопасить воду для потребителя, в нее добавляют «хлорку» с запасом, а соединения хлора в воде, как известно, тоже не подарок. При хлорировании образуется целый набор канцерогенных и токсических веществ, и последствия их регулярного воздействия неизбежны. Употребление воды, содержащей хлорорганические соединения, приводит к заболеваниям печени, почек, поджелудочной железы, щитовидной железы, центральной нервной системы.

К сожалению, независимой санэкспертизы в Караганде нет, а государственная проверяет воду лишь по четырем органолептическим (запах, цвет, вкус, мутность), четырем химическим и трем бактериологическим показателям. Анализ питьевой воды, проведенный центром санмедэкспертизы, включает в себя химическое, микробиологическое и радиационное исследования и называется «полным» анализом. Странное название, если учесть, что даже стандартная бумажная форма, на которой отображены результаты экспертизы, предполагает контроль по 26 химическим и шести бактериологическим показателям.

Причина такой «выборочности» — санитарные нормы, утвержденные «генералами от санитарии» и завизированные Минюстом. То есть кто-то решил, что достаточно понюхать воду, посмотреть на просвет и попробовать на вкус, затем проверить на азот аммиака, азот нитритов, азот нитратов и хлориды — и качество воды будет исследовано полностью. Остальные вещества (свободный, связанный и остаточный хлор, свинец, мышьяк, фтор, ртуть, цинк, а также вещества, характерные для данной местности), по всей видимости, не имеют значения.

Чиста... перед законом

Взятая в самом центре Алматы проба тоже оказалась «чистой перед законом»: без запаха и вкуса и при мутности 0,29 мг/дм3 при ПДК 1,5. Из 25 граф таблицы были заполнены 9, все показатели были намного меньше предельно допустимых.

Например, нитратов оказалось 8,4 мг/дм3 при ПДК 45,0, а нитритов не было вовсе. Содержание таких микроэлементов, как медь, цинк, мышьяк и марганец, не определялось. Также все хорошо было с микробиологическими показателями — ни колиформных бактерий, ни колифагов. Даже жесткость и кислотно-щелочной баланс у алматинской воды нормальные, хотя каждая хозяйка знает, что в некоторых районах города белье можно чуть ли не отбеливать в воде, не тратясь на Асе или «Белизну».

На все претензии руководители бывшего «Водоканала» (ныне холдинг «Алматы су») отвечают, что без такого количества обеззараживающего хлора пускать воду по прогнившим городским сетям означает подвергнуть город опасности эпидемий. И напоминают, что недавно на одном из очистных сооружений, обслуживающем часть города, была запущена электролизная установка. Это оборудование позволяет на месте получать гипохлорит натрия и тут же добавлять его в водопроводную воду, тогда как на остальных очистных станциях по-прежнему используется газообразный хлор — как известно, боевой отравляющий газ.

Однако для алматинца, по всей видимости, нет особой разницы, чем и как обеззараживают питьевую воду, если в результате она все равно остается жесткой и пахнет хлоркой.

Подведем итоги

В итоге можно выделить два фактора, определяющих, скажем так, небезопасность воды из-под крана для жителя нашей страны.

Первый — это крайняя изношенность водопроводных сетей, из-за чего даже вода горных ледников на пути к чайнику насыщается всевозможными примесями, в том числе ядовитыми.

Второй — неспособность (или, возможно, нежелание) отечественных лабораторий выявить все потенциально вредные вещества, находящиеся в питьевой воде.

Причем никакого внимания к этим проблемам со стороны ответственных госорганов нет и не предвидится. Даже в прошедшие благополучные годы замена водопроводных сетей проводилась в минимальных масштабах, несмотря на регулярно повышаемые тарифы, причем, как правило, под лозунгом необходимости именно ремонтных работ. Доходило до того, что и при строительстве новых водопроводов используют старые строительные материалы и конструкции, как это произошло, например, в Сарысуском районе Жамбылской области. Подрядчик при этом отделался легким испугом. И таких фактов немало.

Вообще, качество питьевой воды в селах — это отдельный и очень трудный разговор. Хотя, по информации областного управления энергетики и коммунального хозяйства, с начала реализации программы «Питьевые воды» в области введены в эксплуатацию водопроводные сети в 36 населенных пунктах (298 км), при этом обеспечено питьевой водой 120,7 тысячи человек (это 20,4% сельского населения), но вот каково качество этой воды?

- По идее, очень интересно было бы провести анализ питьевой воды в селах, — говорит Эльвира Нурпеисова. — Нет сомнений в том, что там будут совершенно другие результаты, нежели в городе. Все потому, что там вода идет из открытых водоемов, катастрофически не хватает лабораторий гигиены либо же материально-техническая база самих обслуживающих предприятий, которых в области 19, весьма слабая. Также можно говорить об отсутствии квалифицированных специалистов на местах. Вот и получается, что в селах воду пьют на свой страх и риск.

Такое же неутешительное положение и с вредным для здоровья хлорированием воды. В развитых странах используют озонирование — более совершенный метод дезинфекции водопроводной воды, но и более дорогостоящий, так как требует установки эмалированных труб от водозабора до потребителя. Еще один альтернативный метод — обеззараживание ультрафиолетовыми лучами, которые уничтожают практически все виды бактерий. Но так как после очистных сооружений вода попадает в водопроводные сети, то этот метод не может применяться на наших изношенных сетях.

Интересно было бы подсчитать, сколько «стоит» государству испорченное по вине плохой воды здоровье жителей и сколько замена водопроводных труб и переход на обеззараживание воды озоном. Почему-то нам кажется, что цифры были бы сопоставимы.

Акцент

Если пересчитать нормативные ПДК веществ в воде за 25 лет, то получится, что за это время мы «выпиваем» 109 кг хлора, что вызывает кожные раздражения, аллергии, способствует обострению астматических заболеваний.

За тот же период мы употребляем:

- 25 кг нитратов (поражается дыхательная система и сердце);

- 500 г алюминия (он накапливается в печени и в жизненно важных областях головного мозга, приводя к тяжелым расстройствам центральной нервной системы);

- 3 кг железа (переизбыток его в организме «сажает» почки);

- 1 литр нефтепродуктов (разрушается печень, сердечно-сосудистая и нервная системы),

- 27 г бора (серьезные расстройства функций половой сферы и у мужчин, и у женщин, вода с бором опасна для беременных, влияет на развитие плода).