На прошедшей в начале недели в Алматы конференции «Антикоррупционные инициативы в Казахстане и международный опыт» целая сессия была посвящена вопросам защиты лиц, сообщивших о коррупции. Одним из выступавших по теме был Брюс Вердайн, помощник атташе по юридическим вопросам ФБР и посольства США в Казахстане. Он подробно рассказал об американском опыте обеспечения безопасности свидетелей.

По данным Брюса Вердайна, за все время работы программы через нее прошли 7500 свидетелей и 9500 членов их семей. Ни один из них не был убит и вообще не понес никакого вреда. Из приговоров, вынесенных на основании показаний этих лиц, 85% – обвинительных. Среди тех людей, которые попали в программу, будучи сами осуждены за преступления, только 17% возвращаются к преступной деятельности (тогда как общая статистика – 40%).

Как подчеркнул Брюс Вердайн, желающие попасть под защиту проходят очень тщательный отбор, изучается их прошлое, мотивы, по которым человек просит помощи. Обязателен тест на детекторе лжи – не прошедшим в защите отказывают. Кроме того, запрашиваются те ведомства, по которым проходит «дело», – ЦРУ, ФБР, таможня, управление по борьбе с наркотиками, чтобы убедиться в ценности этого свидетеля. И наконец еще одно важное условие: свидетелю должна грозить опасность. В большинстве случаев в программу включаются участники преступных групп, для которых перспектива быть убитым подельниками вполне реальна.

Только при соблюдении всех этих условий человек имеет шансы получить государственную защиту. Причем в отличие от «киношных» нового дома, работы, а то и внешности, зачастую дело ограничивается сменой фамилии и переводом в другую тюрьму – 60% участников программы являются заключенными.

Выслушав все эти интересные вещи, мы задали Брюсу Вердайну актуальный для нас вопрос, касающийся странного положения топ-менеджеров «Казатомпрома», которые, как выяснилось, и не подозревали о своем «вхождении» в число «защищаемых». Обязательна ли заявка самого человека, который хочет стать участником программы защиты свидетелей, или это может решаться за него?

Г-н Вердайн не сразу понял, о чем идет речь. «Вы говорите о человеке, который хочет проходить по этой программе, но обойти какие-то условия?» – спросил он. После второго круга объяснений о «принудительном» участии в программе ФБРовец уяснил суть дела.

– Принудить? – изумился он. – Мы никогда не принуждаем свидетелей, потому что это очень выгодно для человека стать частью этой программы. Ведь если он являлся участником организованной преступной группировки и дает показания против нее, его могут убить. Кроме того, если человек сотрудничает со следствием, то это на суде рассматривается как положительный факт. В противном случае он несет полную ответственность за свои деяния. Но мы не принуждаем никого стать частью этой программы. У нас даже не бывает оснований для этого. Это просто противоречит нашей Конституции – принуждать человека.

Как говорится, комментарии излишни.