Вспомнить этот «бородатый» анекдот нас заставили ответы Налогового комитета Министерства финансов РК и Казахстанской фондовой биржи, которые мы получили в ответ на запросы редакции. А интересовало нас, насколько была законна неуплата подоходного налога на прирост стоимости активов продавцом 100% акций АО «Мангистаумунайгаз».

Как экономят миллиардеры

Напомним читателям, что эта сделка состоялась 25 ноября 2009 года на Казахстанской фондовой бирже.

Продавцом была Central Asia Petro¬leum Ltd., 58% акций которой, по словам небезызвестного Мухтара Аблязова, принадлежали еще более небезызвестным Тимуру Кулибаеву и Лакшми Митталу. Соответственно, именно эти фигуранты списка миллиардеров от «Форбса» сэкономили, по словам Аблязова, ну очень крупные суммы на неуплате подоходного налога.

Покупателем же в этой сделке стала голландская компания Mangistau Investments B. V., принадлежащая в равных долях НК «КазМунайГаз» и CNPC Exploration and Deve¬lop¬ment Company. По официальным данным, за 100% акций АО «Мангистаумунайгаз» было уплачено $2,6 миллиарда.

Поскольку Аблязов в своих заявлениях, отправленных главе государства и руководителям всех правоохранительных органов Казахстана, обвинил Тимура Кулибаева в том числе в уклонении от уплаты налогов в особо крупном размере, мы решили попробовать сами разобраться в сути предъявляемых обвинений и сделали запросы в вышеназванные структуры.

Что касается Налогового комитета, то его председатель Данияр Ергожин был краток. В письме от 11 марта 2010 года №НК-23-37/2724 он сообщил нам, что «согласно подпункту 8 пункта 5 статьи 193 Налогового кодекса, доходы от прироста стоимости при реализации методом открытых торгов на фондовой бирже, функционирующей на территории Республики Казахстан, или иностранной фондовой бирже ценных бумаг, находящихся на день реализации в официальных списках данной фондовой биржи, налогообложению не подлежат».

Ответ Казахстанской фондовой биржи был куда более пространен. Подписал его вице-президент KASE Андрей Цалюк. Для удобства читателей, многие из которых не только не знают нормативной базы, регулирующей рынок ценных бумаг в Казахстане, но и вообще не представляют себе, что это такое и как оно функционирует, мы решили структурировать статью в такой форме: вопрос газеты, ответ KASE и наш комментарий.

Подмена понятий

Вопрос редакции: «В каком формате проводились торги на KASE по купле-продаже 100% акций АО «Мангистаумунайгаз» (ММГ) 25 ноября 2009 года?»

Ответ KASE: «Торги простыми акциями АО «Мангистаумунайгаз» 25 ноября 2009 года проводились в режиме специализированных торгов. Согласно Положению о методах проведения торгов, утвержденному решением Биржевого совета Казахстанской фондовой биржи (KASE) 29 декабря 2004 года и согласованному с Агентством Республики Казахстан по регулированию и надзору финансового рынка и финансовых организаций 21 января 2005 года, которое опубликовано на Интернет-сайте биржи в разделе нормативной базы, метод специализированных торгов применяется при размещении, продаже, выкупе и приобретении финансовых инструментов при наличии единственного продавца (покупателя), как это и было в случае с акциями АО «Мангистаумунайгаз».

Метод специализированных торгов относится к методам открытых торгов. Открытыми считаются торги, на которых удовлетворение или неудовлетворение заявки при прочих равных условиях не зависит от того, какой именно участник торгов ее подал. Кроме того, в открытых торгах могут участвовать все члены биржи соответствующей категории, которые могут подавать заявки как от своего имени, так и от имени и за счет своих клиентов. Круг этих клиентов не ограничивается.

При подаче на биржу заявки на проведение специализированных торгов их инициатор вправе выбрать один из следующих способов подачи встречных заявок:

1) открытый способ, при котором продавец (покупатель) имеет доступ к сведениям о ценах и размерах встречных заявок, которые подали участники торгов, а каждый отдельный участник торгов имеет доступ к сведениям о ценах и размерах встречных заявок, поданных другими участниками торгов;

2) закрытый способ, при котором сведения о цене и размере встречной заявки доступны только подав¬шему ее участнику торгов, то есть на параметры его заявок не оказывают влияния параметры заявок других участников торга.

В заявке на проведение специализированных торгов простыми акциями АО «Мангистаумунайгаз» их инициатор выбрал закрытый способ подачи встречных заявок».

Наш комментарий:

В ответе правильно говорится: «…метод специализированных торгов применяется при размещении, продаже, выкупе и приобретении финансовых инструментов при наличии единственного продавца (покупателя)». То есть когда заранее известен либо один продавец, либо один покупатель.

Например, компания – эмитент финансовых инструментов решает продать свои акции (финансовые инструменты) через биржу. Для этого заключается договор с биржевым брокером, который непосредственно организует торги. В этом случае продавец (эмитент) и его брокер (как организатор торгов), заранее зная цену, по которой они хотят продать свои «бумаги», однозначно не могут знать, кто будет покупателем и сколько всего покупателей будет. Их может быть несколько, а может быть и один. Но это становится известно только в ходе торгов.

Другой пример: когда заранее известен покупатель, но не известны продавцы. То есть компания-эмитент объявляет выкуп своих же акций (финансовых инструментов) у их держателей. Покупатель в этом случае заранее известен, но продавцы не известны, и их может быть как несколько, так и один, но это опять же становится известно только по результатам торгов.

Вспомним, как Visor Capital, выступая брокером АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз», выкупает его же привилегированные акции у держателей. В данном случае покупатель один, и он известен заранее («Разведка Добыча «Каз¬Му¬най¬Газ»), а вот количество и перечень продавцов не известны до того, как завершится процесс выкупа или его отдельный этап.

Обращаем внимание читателей, что если покупатель и продавец в единственном числе и знают, что именно они, соответственно, продают и покупают, им нет смысла идти на биржу, поскольку за услуги брокеров нужно платить. Но это в цивилизованных государствах. В Казахстане же все происходит по-другому. Почему, поймете, прочитав всю статью.

Других примеров, кроме вышеприведенных нами, для применения «метода специализированных торгов», которые признаются открытыми торгами, просто не существует. И представители KASE, как специалисты, об этом не могут не знать.

В случае же с акциями АО «Мангистаумунайгаз» продавец и покупатель известны друг другу давно. Еще 9 июля 2008 года нацкомпания «КазМунайГаз» в своем официальном пресс-релизе проинформировала, что достигнута договоренность о приобретении контрольного пакета акций АО «Мангистаумунайгаз».

Эта информация была подтверждена пресс-релизом «КазМунайГаза» от 16 августа 2008 года, в котором нацкомпания доводит до сведения кредиторов и партнеров, что она собирается совершить крупную сделку с компанией Central Asia Petroleum – приобрес¬ти контрольный пакет акций АО «Мангистаумунайгаз».

Следующий пресс-релиз «КазМунайГаза» появился 22 сентября 2008 года. В нем сообщается, что состоявшийся в Астане совет директоров нацкомпании утвердил сделку по покупке 51% акций АО «Мангистаумунайгаз». При всем желании сэкономить газетную площадь не можем не привести цитаты из этого официального документа, уж слишком они наглядно доказывают, что при продаже акций АО «Мангистаумунайгаз» прямую сделку замаскировали под открытую сделку.

Вот что написано в пресс-релизе от 22 сентября (приведем цитаты): «В соответствии с поручением Правительства Республики Казахстан, 5 декабря 2007 года между КМГ, АО «Мангистаумунайгаз» (далее – ММГ) и компанией Central Asia Petroleum Ltd. (далее – САР) был подписан Протокол о намерениях...», «с февраля текущего года рабочей группой и консультантами КМГ был начат процесс по оценке планируемого к приобретению ММГ (Due Diligence) на основании той информации, которую САР представил…», «с аналогичного периода велся переговорный процесс с САР и его консультантами, в ходе которого Сторонами определялись основные условия сделки, направленные на приобретение ММГ по оценочной стоимости».

Нам, конечно, могут сказать, что переговоры о покупке контрольного пакета акций АО «Мангистаумунайгаз» и продажа 100% его акций на Казахстанской фондовой бирже – это, так сказать, разные этапы разных сделок. Но, увы, и эта карта бита заранее.

Во первых, помимо упомянутых нами пресс-релизов есть много других, в которых отражен весь ход переговоров, присоединения к «КазМунайГазу» китайского партнера, изменения объема продаваемых акций, причем выпущенных задолго до 25 ноября 2009 года.

Во вторых, из копий документов, которые Аблязов разместил для всеобщего сведения в интернете, хорошо видно, как менялись планы совладельцев Central Asia Petroleum Ltd. в зависимости от того, какую долю акций они контролировали. Как Тимур Кулибаев на пару с Лакшми Митталом сначала «приобрели» 28% акций САР, потом «получили» за так еще 30% плюс требовали долю в ненефтяных активах у Рашида Сарсенова.

Так что появление в качестве партнера «КазМунайГаза» CNPC Exploration and Develop¬ment Company – это результат того, что основной казахстанский продавец в условиях падения мировых цен и рыночной стоимости нефтедобывающих компаний решил продать все ценные бумаги и получить «кэш».

Казахстанский же покупатель в лице «КазМунайГаза» не имел свободных денежных средств.

Поскольку они оказались «замороженными» в банках, после того как правительство национализировало 2 февраля 2009 года БТА и таким образом закрыло для отечественной финансовой системы мировые рынки капитала.

Да и о том, что «КазМунайГаз» склоняется к CNPC в качестве парт¬нера по покупке 100% акций АО «Мангистаумунайгаз», официально сообщили еще 13 марта 2009 года.

Кстати, среди множества нарушений действующих нормативных актов в ходе сделки по покупке-продаже 100% акций АО «Мангистаумунайгаз» мы обнаружили еще одно. Дело в том, что голландская компания Mangis¬tau Investments B. V., которая купила акции, в силу принадлежности наполовину нашему государству является субъектом закона о государственных закупках РК и поэтому должна была объявить конкурс на закупку услуг брокера (они стоят, как правило, от 0,5 до 1% от суммы сделки, в нашем случае от $13 до $26 миллионов). Поскольку кто был брокером от покупателя – тайна за семью печатями, то конкурса, похоже, не было – возможно, им выступала какая-то компания из группы Visor.

Кроме того, нет никаких сомнений, что единственный продавец и единственный покупатель были известны заранее практически всем госорганам, чьи сотрудники были представлены в межведомственной комиссии Министерства энергетики и минеральных ресурсов. Той самой, что рассматривает и выдает разрешение (согласие) на передачу права недропользования по ст.ст. 14 и 71 закона РК «О недрах и недропользовании».

Пункт 2 ст. 14 закона «О недрах и недропользовании» предусматривает следующее: «Разрешение компетентного органа на передачу права недропользования конкретному лицу дается отдельно в каждом случае такой передачи. Не допускается установление в контракте общего разрешения недропользователю на передачу права недропользования любому лицу по усмотрению недропользователя».

Не будем подробно комментировать маразм, напечатанный в одной серьезной газете со ссылкой на некоего анонимного представителя «КазМунайГаза», что это разрешение было выдано в день торгов, потому что бывшее Министерство энергетики и минеральных ресурсов законодательно имело минимум 45 дней на принятие решения о выдаче такого согласия. Минимум, а не максимум.

Дьяволу легче попасть в рай

Вопрос редакции: «Если это были открытые торги, как заявлялось ранее, то какие инвесторы принимали в них участие? Укажите, пожалуйста, название компаний – участниц торгов по купле-продаже 100% акций ММГ 25 ноября 2009 года».

Ответ KASE: «Как уже было указано, методы открытых торгов называются открытыми потому, что не ограничивают круг участников торга, и каждый потенциальный участник торга имеет одинаковые условия. Такая открытость не означает, что информация об участниках торгов является публичной. В соответствии с законодательством и внутренними документами KASE информация об участниках биржевых сделок является коммерческой тайной. Эта информация может быть разглашена только в случае согласия на то самого участника торгов.

В случае с торгами простыми акциями АО «Мангистаумунайгаз», которые были проведены на KASE 25 ноября 2009 года, вопрос открытости решился сам собою, так как в этот же день АО «Национальная компания «КазМунайГаз» распространило пресс-релиз, в котором указывалось, что «25 ноября т. г. в Алматы АО НК «КазМунайГаз» (КМГ) и компания CNPC Exploration and Development Company Ltd (CNPC E&D) завершили приобретение 100% простых акций АО «Мангистаумунайгаз» (ММГ) у компании Central Asia Petroleum Ltd (CAP)». Информация из пресс-релиза была опубликована KASE и всеми ведущими СМИ республики».

Наш комментарий:

Сообщение о том, что 25 ноября 2009 года в торговой системе KASE состоятся специализированные торги по продаже простых акций KZ1 C05020017 (официальный список KASE, третья категория, MMGZ) АО «Мангистаумунайгаз» (Актау) появилось 23 ноября. Потенциальным покупателям для принятия решения фактически давался только один день – 24 ноября.

Поскольку продавец намеревался реализовать все 100% акций АО «Мангистаумунайгаз» единым лотом, а потенциальные покупатели обязаны были до 11 часов 55 минут алматинского времени 25 ноября 2009 года зачислить на корреспондентский счет KASE гарантийный взнос в размере 320 миллиардов тенге, понятно, что любая компания, которая захотела бы принять участие в специализированных торгах Казахстанской фондовой биржи, просто не успела бы сделать этого физически.

Дьяволу легче попасть в рай, чем крупной международной корпорации за один рабочий день проанализировать информацию, обсудить и коррект¬но принять решение о трате 2–3 миллиардов долларов. После чего найти брокера – члена Казахстанской фондовой биржи, подписать с ним договор, перечислить валюту в Казахстан, купить на нее 320 миллиардов тенге и успеть их перевести так, чтобы они утром 25 ноября попали на корсчет KASE.

На KASE надавили?

Вопрос редакции: «Если это были открытые торги, то почему покупатель акций ММГ, продавец и цена за акцию были известны заранее? Из этого можно сделать вывод, что торги были прямыми?»

Ответ KASE: «Я категорически не согласен с тем, что покупатель и цена были известны заранее. При организации специализированных торгов по продаже простых акций АО «Мангистаумунайгаз» все требуемые законодательством процедуры были соблюдены как биржей, так и уполномоченным брокером продавца – АО «Дочерняя организация АО «Нурбанк» MONEY EXPERTS. KASE обеспечила при проведении торгов все условия для участия в них любых лиц. То есть мы никак не ограничивали потенциальный круг покупателей, которые имели возможность подготовиться к торгам и создать на них конкурентный спрос. Отсюда следует, что по итогам торгов и цена, и покупатель акций могли быть любыми, а сами торги «прямыми» назвать никак нельзя».

Наш комментарий:

Теоретически цена может быть известна заранее, если продавец объявит, сколько он хочет получить за продаваемый объект. Покупатель же в этом случае не должен быть известен.

Так как продаваемым объектом является в том числе право недропользования, а сделка по нему была объявлена намного раньше с указанием и единственного продавца, и единственного покупателя, представители КАSE были обязаны дать правильное определение проводимому методу торгов – метод совершения прямой сделки.

Почему они выбрали метод специализированных торгов, для нас непонятно. Возможно, на КАSE сильно надавили? Но предоставив свою площадку для оформления данной сделки как специализированных торгов и поставив на ней свою «печать», Казахстанская фондовая биржа поставила в себя в неудобное положение, ведь тем самым участники сделки смогли уклониться от уплаты подоходного налога в особо крупном размере.

Кто создал лазейку в НК?

В ответах, полученных редакцией, поражает: и Налоговый комитет Министерства финансов РК, и Казахстанская фондовая биржа стеной стоят за тех, кто не заплатил в госбюджет Казахстана кругленькую сумму – по оценке того же Аблязова, $1,8 миллиарда.

Даже судя по документам, которые Аблязов выставил в Интернете и материалам нашего журналистского расследования, продавец 100% акций АО «Мангистаумунайгаз» Central Asia Petroleum Ltd. должен был заплатить с вырученных компанией $2,6 миллиарда как минимум $700-800 миллионов.

Если учесть, с каким ожесточением налоговые органы нынче выжимают из казахстанских налогоплательщиков последние тенге, подобная снисходительность госорганов, и в первую очередь налоговиков, вызывает недобрые мысли и провоцирует на тяжкие подозрения.

Складывается ощущение, что некие очень влиятельные лица, контролирующие и госаппарат, и KASE, создали лазейку в форме «погонного метра через налоговое законодательство» и используют ее, чтобы помогать очень крупным налогоплательщикам экономить на платежах в бюджет.

Причем, по нашему предположению, схема, когда прямые сделки маскируются под биржевые открытые торги, начала функционировать после принятия нового Налогового кодекса в 2007 году, то есть в работе уже три года. Приведем пару примеров такого уклонения от налогообложения.

Это продажа НК «КазМунайГаз» 50% акций АО Kazakhstan Petrochemical Indust¬ries в феврале 2009 года, когда продавец – компания SAT, кстати, тоже подконтрольная Тимуру Кулибаеву, не заплатила подоходный налог на прирост стоимости.

Еще через биржу была оформлена сделка по продаже 100% акций АО «Сумбе», (нефтяное месторождение Арыстанское). Компания принадлежала Нурлану Бизакову, которого также причисляют к команде «тимуровцев».

И что любопытно, цена продажи 100% акций АО «Сумбе» на KASE указывалась в размере $180 миллионов, тогда как покупатель – южнокорейская компания Korea National Oil Corp. – объявил, что заплатил за актив $335 миллионов. Ошиблись или кто-то по привычке срезал «львиную долю»?

Проведем эксперимент

Мы предлагаем нашим читателям представить себя в роли потенциального покупателя пакета акций ОА «Магистаумунайгаз».

Итак, вы международная корпорация и 23 ноября узнали, что через день — 25-го -состоятся торги по продаже 100% акций ММГ единым лотом. Причем внести залог в 320 миллиардов тенге вам надо уже до 11 часов 55 минут 25-го же числа. Сможете за один день принять решение на сумму в 2-3 миллиарда долларов, убедить в этом совет директоров и акционеров, найти в чужой стране местного брокера, подписать с ним договор, перечислить валюту в Казахстан, купить на нее тенге и успеть их перевести на счет KASE?

P. S. Уже при завершении этой статьи пришла в голову мысль: а может, все дело в том, что госаппарат у нас служит не стране, а отдельным личностям? Взять, к примеру, официальную биографию председателя Налогового комитета Министерства финансов РК Ергожина Даулета Едиловича. Мы ни в коем случае ни на что не намекаем, но тем не менее любопытно, что, оказывается, до того, как получить высокую и ответственную госдолжность, он прошел школу «КазМунайГаза»: с 1998 года работал специалистом департамента клиринга АО НКТН «КазТрансОйл», с сентября 2003 года – заместителем директора департамента Северо-Каспийского проекта АО НК «КазМунайГаз», с июля 2005 года – заместителем гендиректора АО МНК «КазМунайТениз».