«В гостинице наши сопровождающие забронировали себе номера по соседству с нашими, и однажды, когда мы попытались выйти прогуляться без них, нам сделали за это выговор. Из бесед с сопровождающими мы поняли, что в наших номерах были установлены подслушивающие устройства. Но мы не составляли какого-то исключения: вся страна живет в некоем «пузыре нереальности», отрезанная от внешнего мира и находящаяся под надзором армии информаторов», – рассказывает о своих впечатлениях о посещении КНДР журналистка BBC Newsnight Сью Ллойд-Робертс.

В стране есть только две компании мобильной связи. Первую используют дипломаты и сотрудники неправительственных организаций для бесед между собой. Правящая элита, относительно немногочисленная, использует вторую, которая, однако, не предоставляет им возможности общаться с находящимися на территории КНДР иностранцами, подключенными к первой, и с кем-либо за пределами страны.

Условия пребывания журналистов в стране содержали жесткие ограничения – снимать можно было только образцовые колхозы, образцовые деревни, образцовые школы и образцовые жилища.

«Когда мы отправились на экскурсию в сельскую местность, нас на сумасшедшей скорости, не останавливаясь, провезли мимо городов и деревень, находящихся в разных стадиях разрухи. В Пхеньяне от наших камер отгоняли всех, кто неподобающим образом выглядел, особенно людей, возвращавшихся с многочисленных частных рынков, наличия которых коммунистический режим стыдится», – рассказала Ллойд-Робертс.

«Сначала я была просто раздражена нашими сопровождающими, которые не имели представления, в чем нуждается телевизионная съемочная группа. Но постепенно мое раздражение уступило место осознанию того, что их кругозор просто ограничен. Телевидение передает только парадные жизнеописания лидеров и сюжеты, прославляющие армию, образцовые фермы, образцовые деревни и т. п. Наши сопровождающие, вероятно, просто никогда не видели никаких иных информационных сюжетов или документальных сообщений ни об их собственной стране, ни об остальном мире. Им этого не было позволено, да они и не могли, поскольку в Северной Корее ни у кого нет доступа в Интернет», – делает вывод британская журналистка.

Вместо этого у северокорейцев есть специальная внутригосударственная сеть – интранет, который показали в Пхеньянском университете. Аспирант-металлург, хорошо говоривший по-английски, объяснил, что не может сопоставить свои исследовательские работы с работами студента, например, из Лондона или Лос-Анджелеса, поскольку система не позволит ему этого сделать. Но он радостно добавил: «Дорогой Руководитель любезно поместил все, что нам нужно знать, в наш интранет!»

На факультете иностранных языков британская гостья спросила, как студентам удается так хорошо овладевать английским. «Благодаря Великому Руководителю мы можем смотреть английские и американские фильмы, например The Sound of Music», – сообщил один молодой человек.

На вопрос, какие еще лидеры стран, кроме Любимого Руководителя, ему нравятся, он быстро ответил: «Сталин и Мао Цзэдун!» А вот о Нельсоне Манделе студенты не слыхали.

Неудивительно, что северокорейцы, которым удается сбежать из этой самой изолированной и таинственной страны, в Южной Корее чувствуют себя как на другой планете.