Почему вдруг «Уральской неделе» заказан вход в типографии? Кто надавил на руководство «Полиграфсервиса»? Как журналисты будут выпутываться из сложившейся ситуации? Об этом мы попросили рассказать главного редактора газеты Тамару Еслямову.

Отказал и все!

Тамара Алипкалиевна, что у Вас случилось с типографией?
– Директор типографии позвонил мне за день до получения на­ми уведомления и сообщил: «Опять неприятности с твоей газетой, настоятельно требуют, чтобы я прекратил тебя печатать».

Он меня уже восемь лет печатает. И дело в том, что я у него – единственный крупный заказчик. Обиднее всего, что он своими же руками должен «зарезать» курицу, которая несет ему золотые яйца.

А если не отка­жется?
– Ему пригрозили проверками – налоговыми и другими. Видимо, у него есть слабые места, и он говорит, что если за него возьмутся, то все это обернется для него большим ущербом. Я владельца типографии хорошо понимаю, ведь мы оба предприниматели. Весь казахстанский малый бизнес – заложник этой системы, у каждого предпринимателя есть нарушения, иначе они выжить не смогут.

Как же Вы теперь будете выходить в свет?
– Дело в том, что для меня это дежавю: нас изгоняли уже из типографий города. Это было в 2007 году, и тогда нас взялось печатать атырауское ТОО «Ак жаик». Я с ними уже разговоривала, они и в этот раз пообещали: «Тамара, мы вас будем печатать». А к местным мы даже не стали звонить: знаем, что откажут.

На чей хвост наступили журналисты?

Тамара Алипкалиевна, Вы хотя бы догадываетесь, кто надавил на директора типографии?
– Мне известно, что его вызывали в силовые органы, в так называемую «контору глубокого бурения».

Им-то Вы что плохого сделали?
– Мне остается только догадываться и строить предположения, кому и что мы сделали плохого. Точно вам ничего не могу сказать: не располагаю фактами, ведь эти люди умело стряпают свои дела «под столом», подлейшим образом не показывают свои лица. Но я точно знаю, что с нами расправляется местное коррумпированное чиновничество.

Так за конкретный материал или вообще за политику редакции?
– Думаю, в целом за политику редакции, ведь мы работаем и даже не знаем, за чей хвост дергаем. Когда у нас появляются какие-то факты и мы считаем, что они важны для общества, то мы пишем об этом. Мы такая газета, что нам не может позвонить аким области или полковник КНБ и сказать: «Не печатайте то, не печатайте это». Мы для них совершенно непредсказуемы, неуправляемы. Мы выбиваемся из их картинки мира.

А может за всем этим стоять аким Западно-Казахстанской области Измухамбетов? Ведь в прошлый раз за приказом не печатать стоял предыдущий глава региона.
– Я больше чем уверена, что все в руках у акима области. В прошлый раз нас не печатали восемь месяцев. Но как только сменилось руководство области, все изменилось. Измухамбетов пригласил меня и сказал, что не позволит, чтобы газета печаталась в другой области, вызвал своего заместителя Сулейменова и отдал распоряжение: «Сделай так, чтобы газета печаталась». И через полчаса мне позвонил директор типографии со словами: «Слава богу, теперь я тебя печатаю!»

Но зачем Измухамбетову это нужно? Ведь не так давно он с Вами встречался, и после этого один из департаментов акимата даже отозвал иск против вас…
– Нет, иск не был отозван.

То есть это просто была игра в демократию?
– Если посмотреть на результат, то – да.

А это может быть связано с Вашим открытым письмом, в котором Вы рассказали, как юридическое лицо через суд взыскало с «Уральской недели» 20 миллионов тенге за моральные страдания?
– Не думаю, что именно из-за письма, но это могут быть звенья одной цепи. Еще раз подчеркну, что, по моему мнению, все это инспирировано людьми, чьи денежные интересы мы задеваем. Ведь только в нашей газете есть журналистские расследования о тендерах, о взятках. Народ знает обо всей их подноготной, а мы, журналисты, просто пишем об этом. Наши же коррумпированные чиновники похожи на страусов, которые прячут голову в песок.

Но почему Вам так много «впаяли»?
– Думаю, что они не хотят нашего существования, поэтому для них все средства хороши. Ведь понятно, что для нас это решение неисполнимо. 20 миллионов – это оборот нашей газеты за 7 месяцев, в конце недели после оплаты всех счетов у меня остается 200–300 тысяч на счету. Поэтому я буду обращаться к жителям нашей области, чтобы собрать эти деньги. Другого выхода у меня нет.

Задушат исками?

Насколько я знаю, это не единственный иск к «Уральской неделе»?
– Не единственный. Сейчас еще шесть рассматриваются в суде. Все – от юридических лиц, все – о защите чести и достоинства. Причем четыре иска – от госучреждений, и они, как выясняется, испытывают очень сильные нравственные и моральные страдания. Изначально общая сумма исков была 102 миллиона тенге.

И какая у этих исков перспектива?
– Мы не испытываем никаких иллюзий по поводу нашей государственной системы, в том числе судебной. Но в то же время, как у любых людей, которые уважают закон, у нас есть надежда на справедливость, на здравый смысл, на то, что есть люди, которые смотрят дальше собственного носа и для которых важны интересы государства и народа. Я все-таки надеюсь, что таких людей большинство и в судебных коридорах – тоже.

Ваши читатели в курсе произошедшего?
– Да, конечно. Они звонят, приходят, поддерживают нас на форумах. Кстати, именно наши читатели сказали: «Если надо, мы выйдем на пикеты, на улицы». Именно они предложили собирать для нас деньги.

А у коллектива какой настрой?
– Коллектив привык ко всему, мы уже столько пережили! Да, сначала было недоумение: «Ну что они никак не успокоятся?!» Однако мы всегда были абсолютно уверены, что газета будет приходить к читателям.

Вы ожидали повторения ситуации 2007 года?
– Тот, кто инициировал это, выглядит по-дурацки: ведь однажды они такую штуку проворачивали, но газета как выходила, так и выходит каждый четверг. Они наступают на одни и те же грабли, у них иссякла фантазия, все делается шаблонно. Это – к слову об интеллектуальном потенциале тех, кто все это делает.

По Вашему мнению, что надо изменить, чтобы у Вас, да и у других журналистов больше не было подобных проблем?
– Мне нравится выражение Махатмы Ганди: «Сам стань той переменой, которую ты сам больше всего желаешь». Все изменится, если каждый человек решит избавиться от страха, который внутри него сидит, который глубоко засажен этим самым коррумпированным чиновником. Что еще могу сказать? Честным и порядочным людям, которые думают о будущем страны, надо объединяться.

Ну а какую оценку Вы можете дать ситуации со свободой слова в Уральске?
– Факты, о которых я вам рассказала, все сами за себя говорят о состоянии свободы в нашем городе, о праве журналистов и всего общества на информацию. Они (власти – авт.), безусловно, делают все возможное, чтобы еще больше сужать рамки ограничений, чтобы довести их до точки и эту точку стереть. А наша газета делает все эти годы другое – мы рамки раздвигаем.

Факт-лист

«Уральская неделя» позиционирует себя как семейная газета. Наиболее активно ее читают люди старше 30 лет.

Еженедельник живет за счет продаж тиражей и поступлений от рекламы. Сейчас тираж «Уральской недели» составляет 18300 экземпляров. В рознице газета продается за 65-70 тенге.

В редакции утверждают, что даже в течение двух кризисных лет у них не было стагнации, они «росли» как по тиражу, так и по рекламе.

Всего в газете работает 30 человек, 12 из них – журналисты. У еженедельника есть свое бюро в городе Аксае Западно-Казахстанской области.