Досым Асылбекович, эта неделя просто шокировала общество. Прошли обыски в «Алге» и у активистов «Халык Майданы», задержаны Владимир Козлов, Игорь Винявский, Серик Сапаргали. Куда, по-вашему, катится страна?
– События, которые произошли на этой неделе, не являются чем-то уникальным и неожиданным для Казахстана. За последние годы не раз арестовывались представители казахстанской общественности, в том числе и те из них, кто относит себя к оппозиции. Поэтому говорить, что произошедшее является неким неожиданным эффектом, было бы неправильно. Самым печальным является то, что в Казахстане нет консолидированной позиции той части общественности, которая могла бы в один голос высказать поддержку либо осудить эти события. То есть отдельные голоса звучат, но сама оппозиция, в отличие от власти, не монолитна…

И к чему это приведет?
– Это уже приводит к тому, что задержания, которые произошли, даже не у всех представителей казахстанской оппозиции вызвали быструю и адекватную реакцию. Это говорит о том, что власть, по сути, добилась своего. Властям намного легче реализовывать такие, скажем, мероприятия, четко осознавая, что это не вызовет ни массовых волнений, никаких громких и резонансных заявлений. То есть власть уже четко прощупала болевые точки оппозиции, разрозненной и аморфной, и сейчас просто бьет по отдельным ее представителям, понимая, что это сойдет ей с рук. Вот и все.

В каком случае возможно изменение ситуации?
–Я, честно говоря, сомневаюсь в возможности этого, потому что власть не обращает внимания на мнение международной общественности, правозащитных организаций. Это, кстати, похоже на то, что происходит и в России. То есть мы ведем свою внутреннюю политику, не суйте свой нос не в свои дела. Вот такая сейчас идет идеологическая работа.

Но в России у оппозиции есть определенные результаты массовых акций протестов, которые заставили зашевелиться власть…
– Одно дело заставить зашевелиться, с точки зрения имитации какой-то деятельности, а другое – добиться конечной цели. Именно демократизации политического процесса.

И в свете нынешних событий какое возможно развитие ситуации?
– Хотелось бы верить, что власти Казахстана не будут доводить до предела. Но раз была установка со стороны руководства страны разобраться в этом деле, более того, вывести версию о том, что события в Жанаозене были инспирированы извне и с участием определенных внутренних сил, то правоохранительные структуры будут прорабатывать эту версию. Это предполагает самый пессимистический сценарий.

Если говорить о последних фактах задержания, то реально могут светить уголовные сроки.

Наши источники сообщают, что одномоментные аресты политиков и наезды на активистов – это спланированный план действий КНБ под крышей Администрации президента. Как Вы думаете, с какой целью это делается? Ведь для имиджа страны это не просто плохо, а очень плохо?
– Вот как раз с точки зрения имиджа власти выгодно показать, что события в Жанаозене были инспирированы извне. Да, внутренние причины и проблемы были. Их власть признала. Но в то же время сейчас необходимо показать, что основная вина на тех людях или организациях, которые, по мнению власти, были причастны именно к провокационным действиям. С точки зрения имиджа, выгодней показать, если вина власти и была, то она не была значительной. А главная вина лежит как раз на внешних игроках.

Если власть будет руководствоваться этой логикой, то посадят всех более-менее активных. И что дальше? История показывает, что сначала срезают тех, кто говорит громко, но потом-то берутся и за тех, кто говорит шепотом…
– Да, это известный тезис одного известного пастора времен Адольфа Гитлера. Там забирали сначала коммунистов – я молчал, потом забирали социал-демократов – я молчал, забирали евреев – я молчал. А потом, когда пришли за мной, никто уже не выступил в мою защиту. Да, на самом деле в этой ситуации подобное возможно.

Закроют этим рты – другие появятся…
– Согласен. Этот метод не самый эффективный. Получается, борются с вершками, а не с корешками. Потому что в Казахстане все больше появляется неформальных лидеров, которые при определенных условиях могут тоже «выстрелить». То есть в этом плане я в свое время уже приводил пример: – селедку задержать дуршлагом, т. е. мощный поток задержать дуршлагом, это крайне бессмысленно.

Какую тактику лучше было бы выбрать власти?
– Я думаю, власти должны работать более грамотно в плане тесного взаимодействия с обществом, а не точечными ударами по отдельным его представителям. Потому что власть должна знать свое общество, какие там существуют проблемы, тренды, настроения. Если она этого не будет знать, завтра ее снова ожидают неприятные сюрпризы и придется опять реагировать довольно жестко. То есть как раз в этом и состоит мудрость власти, чтобы работать на опережение.

Получается, власти самой попросту выгодно найти с обществом общий язык?
– Да. Причем не с отдельными его представителями и не с формальными, а с реальными авторитетами.

А были ли замечены подобные попытки со стороны власти хотя бы на каком-то этапе?
– В свое время в Алматы после событий в Шаныраке был очень интересный и полезный опыт, когда была создана комиссия по разрешению социальных конфликтов. Но если брать республиканский масштаб, механизмов взаимодействия между властью и обществом не так много эффективных. Самое печальное, что в Казахстане нет одного эффективного посредника, который мог бы вовремя эффективно и быстро выступить в качестве мостика между двумя конфликтующими сторонами. Сейчас нет таких посредников ни в качестве конкретных людей, ни в качестве конкретных организаций.

То есть нужен человек, который возьмет на себя переговоры с властью?
– Да, медиатор, который мог бы сбалансировать эти конфликтные интересы и не доводить до крайностей. Печально, что этот посредник не появился раньше. Это помогло бы избежать многих проблем сегодня. Но лучше позже, чем никогда.